АНДРУС КИВИРЯХК
Ноябрь, или гуменщик
(отрывок)
20 ноября

* * *

Утром гуменщик вышел во двор поглядеть, что за погода нынче, и тотчас увидел, что кто-то топтался в снегу перед избой, ходил кругами. Он стал смотреть, куда ведут следы, они привели его за дом. Там стоял здоровенный бес, терся спиной о березу и скалил длинные зубы.

Гуменщик не испугался, запалил трубку и задумчиво оглядел лешака. Потом спросил:

— И чего это ты здесь колобродишь?

— Да вот, на человечий запах пришел, — рассмеялся лешак.

— И зачем же ты людей нюхаешь? Тоже мне цветочки! Ты отправляйся-ка лучше домой и нюхай свой горшок с супом, чтоб знать, когда похлебка поспеет.

— Вот-вот! — осклабился лешак. — Из-за супчика-то я и пришел! Неплохо бы прихватить кое-кого да сварить!

— Вон оно как! — понимающе кивнул гуменщик и затянулся трубкой. — Выходит, ты на это дело мастак. Так чего ж ты здесь околачиваешься? Ты пойди в полночь на погост или в церковь, там буканов этих предостаточно, ешь, сколько влезет.

— Да я буканов не ем, я человечинкой пробавляюсь! — рассмеялся лешак громко и стал подступать к гуменщику.

Тот стоял как ни в чем не бывало, знай себе попыхивал трубкой.

— Нет-нет, дорогуша, — приговаривал он раздумчиво. — Человечина для тебя не полезная. Ты погляди на себя! Дряблый, хилый... Сразу видно, что питаешься неправильно. Подумай о своем желудке и забудь про человечину. Ешь лучше грибы да ягоды, такой вот мой тебе совет!

— Сам грибы ешь! — рявкнул лешак. — Не болтай, человече, давай иди сюда! — И, разинув пасть, стал надвигаться.

Тут гуменщик достал из-за пояса рябиновую дубинку, которую всегда носил при себе, и жахнул ею лешака по голове. Тот сразу же свалился, и из головы его стал подниматься голубоватый дымок.

— Вот так-то, букан! — спокойно произнес гуменщик. — Ты меня к себе в пасть не зови, что я там потерял? А теперь слушай меня! Больше ты сюда на землю не вылезешь! Никогда! Будешь сидеть в своих кулижках и не будешь соваться к людям!

— Смилуйся! — всхлипнул лешак. — Дозволь хоть изредка приходить! Я не стану никого есть, только гулять! Иначе я совсем занемею.

— Ну, не знаю... — сказал гуменщик. — С какой стати мне верить тебе?

— Я поклянусь!

— Поклянешься... Чего стоит какая-то клятва! Ну да ладно, можешь изредка бродить здесь, но не в таком виде — оскаля зубы. Можешь ходить курицей.

— Спасибо! А нельзя ли мне иногда бараном прикинуться?

— Бараном? Ладно! Бараном и курицей. Но это все. Аминь!

Услышав божье слово, лешак стал пускать зеленые пузыри, словно что-то в нем закипело, и с воплем провалился сквозь землю.


Made on
Tilda